Я сформулировал это так: представьте, что вы всю жизнь мечтали стать космонавтом и спустя много лет вам предлагают на один день отправиться на станцию «Мир». Вот такие эмоции мы испытали, не больше, не меньше.
Поляки, конечно, большие молодцы, организовали всё на максимально возможном уровне - от отеля, примыкающего к президентскому дворцу до центрального стадиона. Все билеты были проданы сразу и организаторы жалели, что не решились брать весь стадион, а ограничились нижним ярусом, думается, верхний тоже был бы полон. И, честно говоря, малость жаба поддушивала, потому что для поляков свои артисты – на первом плане, от Стасов Михайловых они не прутся.
Акустика - чумовая, толпа ревёт и волосы дыбом встают, все на позитиве – но взаимный позитивчик мы им не обеспечили, потому как выиграли=). Обычно в таких случаях договариваются о результативной ничьей, но мы решили играть, как играется и не прислушались к настойчивому пожеланию пропустить первыми – ни национальная сборная, ни «Легия» на этом стадионе ещё не забивали и поляки пытались хоть так сбить нефарт.
Судил Михал Листкевич, который вместе с Григорием Суркисом пробил ЕВРО в наших странах, а в 1990 году отбегал боковым арбитром финал чемпионата мира. На первых минутах он мог спокойно дать пенальти хозяевам, но вместо этого показал Игорю Лещуку желтую карточку за симуляцию, которой не было. У Игоря при этом, кстати, изрядно хрустнуло колено. Я на правах хамовитого капитана предъявил претензии – «точка была, дядя, чистая точка» и предложил Листкевичу потом пересмотреть этот фрагмент и, если он ошибся, с него бутылка виски.
Судья улыбнулся и сказал, что если он прав, то с меня бутылка водки. Пробегавший мимо Евгений Черняк сказал на это, что он даже знает, какой марки эта водка будет=). Во втором тайме был ещё один спорный фрагмент, так что я до сих пор (трансляции я ведь не видел) пребываю в полной уверенности, что Михал Листкевич должен мне два бутыля.
Что ещё? Понял, почему поляков обязали поменять газон – он с проплешинами, но мы и на таком никогда не играли, его от души поливали, так что все подскальзывались на ровном месте.
В конце второго тайма мы выигрывали 1-2 и тут мяч оказался у Сергея Нагорняка на правом фланге и я, не подумав, поднял руку, намекая на пас. Нагорняк моментально выдал мне такую диагональ, которую я только по телевизору и видел. Мяч ещё только летел, а я уже жалел, что поднял руку – такой, думаю, пас сейчас запорю, что мама дорогая. Но мне повезло – мяч запутался в ногах и отскочил туда, куда мне и надо было, а дальше уже было проще – нужно было просто перебросить Радека Майдана, который недавно закончил вратарскую карьеру. Ну и перебросил, правда, слабенько, так что защитники могли выбить мяч из пустых ворот. Но сегодня был день орбитальной станции «Мир», так что мой гол залетел и я вышел в открытый космос.
Польские комментаторы говорили, что у нас было пять футболистов, но это они от обиды – тут был паритет, по два футболиста и по одному хоккеисту с каждой стороны – Майдан, Томаш Иван (в ПСВ Эйндховен играл) и забивший нам Мариуш Черкавски у поляков, а у нас - Нагорняк, Мизин и Климентьев.
Последний стал моим главным открытием – хоккеист Сергей Климентьев проявил себя как настоящий спортсмен и отличный мужик – бился до последнего, порвал себе заднюю поверхность бедра, что для действующего спортсмена – большая ненужная проблема.
А разочаровал некто актер Савкин, требовавший выпустить его на поле. Вышел, упал два раза, заменили от греха подальше. А потом в послематчевой серии пенальти пошел бить и… не добил мяч до ворот. Я понимаю, что пиар и всё такое, но что должно быть в голове у человека, который рвется проявить себя в деле, которым никогда не занимался?
Вот пока и все мысли. Встречайте из космоса.
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=91.6){kind=small}
